Михаил Косолапов «Мантра»,
садово-огородная скульптура, видео, смешанная техника.
Зверевский центр современного искусства,
25.05.2015
«Копать, сука, копать!»
Звучит грубовато, конечно, но это мантра. Как «ом» или «господи помилуй» или еще что-нибудь в таком роде. Только я не сразу догадался. Потребовалось время, почти 2 года, разные события в моей жизни, в стране, в мире, чтобы понять очевидное. «Копать, сука, копать!» — разве не этим я занимаюсь всю жизнь? Это моя карма, мой дзен, мое дао, моя индия духа и болдинская осень. Я, чертов копатель, смотрю по сторонам и вижу подобных мне. Мы ненавидим копать и копаем. Мы любим копать и копаем. Мы даже не знаем о том, что копаем, но все равно копаем. Такие дела.
А поначалу я решил, что это просто забавная история про войну. Один мой матрос (а матросами я считаю всех, кто попал на мою парусную лодку) учился бизнесу на юге Франции в самом начале 21 века. Как-то раз он с приятелем-соотечественником ехал из Марселя в Канны, или еще куда-то на таком европейском, сидячем поезде. Кресла напротив занимала пожилая, интеллигентная еврейская чета. Профессорского вида старичок всю дорогу внимательно прислушивался к русской речи студентов-бизнесменов и, наконец, не выдержал. «Простите, — говорит, — вы, случайно, не из России? Вы по-русски общаетесь? Это же замечательно. Мы с супругой чрезвычайно любим Россию и все русское. Я лично очень обязан вашей стране. Меня в конце войны спасли из концлагеря русские воины-освободители. И вот уже прошло больше полувека, а я до сих пор испытываю уважение и благодарность к русским людям». Старушка тоже заулыбалась, закивала головой: вы студенты? как вам нравится на ривьере? Ну и все такое. Малозначимое и учтивое…
А перед самым прибытием поезда, дедуля и выдал «на дорожку»: «Не могли бы вы перевести для меня русскую фразу, я слышал ее от русского офицера, который командовал моими спасителями?» Тут он встает, опираясь на палочку, энергично топает ногой и почти без акцента орет: «Копать, сука, копать!»
Михаил Косолапов
25 мая 2015
«Такого рода вещи я делаю «по месту» экспозиции. Здесь в Зверевском центре, в галерее XL, в ярмарочном блоке или музейном зале — везде приходится «обрабатывать» место. При переносе этой «визуальной истории» в другое экспозиционное пространство полностью меняется вид выставки, масштаб, свет, отдельные элементы скульптуры. Земля другая, стены, пол, потолок! Остаются смысл, страсть и технология. Как во всех моих работах. Видео и звук «Мантры» (все снято на go-pro) не имеют самостоятельной ценности вне выставки и выкладывать движущиеся картинки отдельно смысла нет. Вообще картинки, фотографии, всякая «документация» — эти никчемные следы искусства всегда скучны. Персональная выставка — шоу, важно присутствие зрителя, его участие, его глаза, уши, ноги, кожа… да хоть гениталии — его устройства ввода-вывода, все чем зритель в состоянии воспринимать и обмениваться информацией. Ходите на открытие, когда все работает как надо художнику. Или вообще не ходите».
(Михаил Косолапов)
Отказ от номинации инсталляции «Мантра» на премию Кандинского (FB, 13.07.2016)
Не люблю профессиональный спорт.
Некоторое время назад мне позвонили и сообщили, что кто-то выдвинул мою прошлогоднюю работу «Мантра» на премию Кандинского в номинации «Проект года». Чего вдруг и какого, собственно, хрена — не сообщили. Прессы никакой «Мантра» не получила, аншлага в Зверевском центре тоже не припомню. Я понимаю значение и пользу всякого рода публичных мероприятий и премий для карьеры художников, но поскольку связь известности и дохода в нашем захолустье не очевидна, то на условно рыночные механизмы привлечения внимания смотрю с иронией. Есть в состязательности и судействе премий нечто отталкивающее, неприлично спортивное. (За исключением бесшабашного «Соратника» Ольги Лопуховой и Антона Литвина).
С премией Кандинского я имел дело дважды. С непременным успехом, разумеется. Первый раз попросил выкинуть меня по эстетическим причинам из участников веселого, но бессмысленного коллективного проекта «Белый Кремль» (который инициировал и номинировал в 2012 году Литвин). А второй раз, через год, да, было дело, строил заново узелковую скульптуру «Непрямое политическое высказывание» в «Ударнике»: во-первых, еще на открытии в галерее XL Борис Орлов сказал, что выдвинул бы ее на премию (что и сделал в итоге). Во-вторых, канатам лучше пылиться зрителю на радость в выставочном зале, чем истлевать в тюках на складе. В-третьих, ничего я не вымучивал, никаких анкет не заполнял, никаких обязательств на себя не брал, подписали бумажку о передаче работы и договорились так: привозите сами, таскайте эту тяжесть, экспонируйте, собирайте-разбирайте под моим строгим авторским надзором. Опять же, все так и вышло, грех жаловаться. Открытие я тогда пропустил (некогда было, шел под парусом от Гибралтара к Мадейре). Церемония награждения оказалась убогой до смешного (если бы не дуэт Федорова-Сологуба на стихи Введенского). Какая-то мадам в черном долго бубнила свою нечленораздельную черную мессу под черным квадратом Малевича (sic!). Надо было еще «банан Уорхола» сверху на квадрат прилепить, чтоб совсем уж никто не сомневался: в зале происходит важное для именно что современного искусства событие.
И вот опять. Да мало ли в Москве прекрасных и гораздо более активных художников? С другой стороны, сама по себе номинация ничего не значит. Дальше жюри, лонг-лист, шот-лист, выставка, не так ли? Вот, выставка – понятный мотив для участия. Работы должны показываться, таков наш кривой, косой, но какой есть шоу-бизнес. Примерно так я размышлял пару недель, искал фотки «Мантры» по знакомым, и тут звонит представитель премии Кандинского с уточнениями, анкетами, договорами, ответственностью, техническими требованиями… Еще, говорит, планируется однодневная выставка лауреатов в день церемонии награждения. Однодневная. На троих лауреатов.
Чтобы заново смонтировать «Мантру» нужна как минимум неделя. Может и больше, зависит от места. Тот, кто выдвигал ее на премию, вообще видел работу “в живую” или случайной фотки в сети достаточно? «Мантра» из тех сложных в исполнении «атмосферных» работ с маловероятным резонансом, которые очень хочется, а потому приходится делать. Если их не делать, станешь бухгалтером и будешь строить пошаговую стратегию спортивной карьеры вечно молодого художника в одной из мировых художественных провинций… Или ее вообще не планировалось показывать, а кандинской премии нужна массовка?
Ладно, как бы там ни было, при всем уважении к номинантам премии Кандинского, я не хочу участвовать в этом избыточно сложном для моего понимания мероприятии. Кому интересна заочная премия без возможности показать работу кому-либо кроме учредителя и жюри? Мне не нравится ни стиль этой странной премии, ни репутация учредителей, ни место, ни время, ни отсутствие зрителей — вообще ничего мне в ней не нравится. Да и художника Кандинского я тоже не слишком люблю.
Впредь прошу мои работы без спроса никуда не номинировать. Лучше приходите на мои выставки, я выставляюсь редко — много времени это у вас не займет.
С уважением, Михаил Косолапов
